seo

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » seo » раскрутка сайта


раскрутка сайта

раскрутка сайта

Боремся ли мы с эпидемией ТОРС или реагируем на геополитические сдвиги, вызванные " арабской весной ", чтоб обладать вероятность предвидеть опасности, предсказывать способности и созидать связи, нам нужна наиболее широкая головка решетка. Существование мобильной телефонии, спутникового телевидения и интернета подразумевает вероятность отдавать не виданные раньше объемы информации из хотькакой точки планеты. Однако главный феномен века полной связи в том и содержится, что, неглядя на необыкновенные способности по размену сведениями и понятиями меж различными долями света, мы часто встречаемся с наиболее узкой картиной решетка, ежели в эру, когда ассоциация еще не была настолько всеобъемлющей. Сорок лет тому обратно, во время вьетнамской борьбы, отснятые для телерепортажа пленки с полосы фронта необходимо было поначалу перевезти из Юго-Восточной Азии на самолете, позже выразить, смонтировать и лишь после этого запустить в эфир – все это занимало некотороеколичество дней. В наши дни хотькакой кризис – будь то естественный катаклизм или внезапный боевой переворот – разрешено следить в настоящем времени с поддержкой спутниковой связи. Технология приметно упростила работу репортеров, при этом порция интернациональных новостей в эфире южноамериканского телевидения сократилась наиболее чем вдвое. [30] Сегодня, когда к интернету подключены два млрд человек, а доступ к мобильной связи имеется у 6 млрд, [31] заполучить прогноз погоды на Мали или репортаж о политической жизни в Бихаре стало легче, чем когда-нибудь в летописи населенияземли. Сегодня неувязка не в доступности информации, неувязка – во интересе, которое мы готовы ей выкроить. Проблема эта усугубляется углубленно укорененным свойством уделять несравнимо большее интерес событиям, какие раскручиваются в конкретной недалекости и оказывают прямое воздействие на нас, наших товарищей и родственников. В " Шести рукопожатиях " – исследовании таковых сетевых феноменов, как эпидемии, всеобщие увлечения и денежные кризисы, – ученик Дункан Ваттс обосновывает, что сейчас на нашу жизнь воздействуют действия географически от нас очень дальние. " Если кое-что проистекает далеко-далеко и на странном вам языке, это не означает, что вас это не касается, – строчит Ваттс. – Тот, кто не соображает этого, не усвоил первый важный урок взаимосвязанного века: у всех у нас собственный груз ответственности, но желаете вы этого или нет, ответствовать нам приходится втомжедухе и друг за друга ". [32] Необходимость идти ответственность друг за друга принуждает нас ревизовать то, как мы приобретаем познания об остальном мире, как мы планируем и принимаем решения, как мы правим государством и учим деток. Все эти конфигурации дадутся нам не элементарно, но все они исходят из обычный предпосылки: мы обязаны приступить созидать себя не лишь гражданами определенной страны, но и гражданами только решетка. Эта мысль, естественно, не нова. Одно из ее первых сохранившихся письменных свидетельств восходит к греку, родившемуся в четвертом веке до нашей эры. Космополитизм Диоген передвигался лишь пешком или по морю, тем не наименее ему получилось оглядеть важную дробь популярного его народу решетка. Изгнанный из родного Синопа( на побережье Черного моря, сейчас принадлежит Турции), [33] Диоген оказался без гроша на улицах Афин, а потом Коринфа. Следуя учению Антисфена, 1-го из воспитанников Сократа, Диоген стал аскетом, что, наверняка, было лучшим карьерным решением, таккак от земных благ его уже и так избавили. Сведений о его полулегендарной жизни совершенно мало, но большаячасть профессионалов по античности сходятся на том, что Диоген был бездомным и дремал в древесной бочке на галереях афинских храмов. В собственной книжке " О жизни, учениях и изречениях именитых философов " [34] Диоген стает чем-то средним меж Вуди Алленом и Олд Дерти Бастардом – выдает саркастические замечания и всячески преступает приличия. Когда на Агоре его словили за занятием онанизмом, Диоген не стал проситьпрощения, а произнес, что отлично, ежели бы аппетит утолялся так же – довольно было бы потереть животик. Когда некие сограждане стали именовать его псом( по-гречески #954; #973; #969; #957;, отсюда " циник ") и брали за повадку бросать ему со стола объедки, он отреагировал во полностью собачьем манере – помочился на собственных покровителей. Одни историки считают Диогена новатором в области философии и важным критиком Платона, остальные видели в нем яркого безумца. При всех странностях собственного поведения более только Диоген популярен тем, что отказывался опознавать себя афинянином или синопцем. Вместо этого он объявил себя гражданином вселенной – космополитом:( #954; #972; #963; #956; #959; #962; – галактика, #960; #972; #955; #953; #962; – град). Диогенов космополитизм невозможно отнести к базовым философским мнениям греческой античности, против, это была очень радикальная точказрения. В мире Диогена фактически любой идентифицировал себя с городом-государством, в котором родился и жил. Диоген не столько идентифицировал себя со всем миром, насколько отказывался от ключевого общественного признака его эры: места происхождения. Какой бы опасной убеждением ни был космополитизм Диогена в его время, огласить себя космополитом постоянно было проще, ежели по-настоящему существовать в огромном мире. Со пор Диогена прошло две с половиной тыщи лет, но вероятность взаимодействовать с обитателями остальных долей света возникла у людей совершенно нетакдавно. В 1800 году 97 % мирового народонаселения сочиняли сельские обитатели. [35] И желая некие сталкивались с иными культурами чрез приезжих торговцев и иных путников, большаячасть людей никогда не видели человека, который заявлял бы на ином языке или поклонялся иному всевышнему. Те три процента, что жили в городках, таковых как Афины, до 1800 года, имели редкую вероятность Разговаривать, продавать и посылать культы вблизи с людьми другого происхождения, языка и вероисповедания. И желая эти первые городка и были колыбелью реального космополитизма, мы, возможно, переоцениваем ступень имевшего там пространство культурного взаимопроникновения. В последнем исследовании историк Маргарет Джейкоб исследовала описания торговых бирж xviii века в самых космополитичных городках Европы. В описаниях тех лет Джейкоб и нашла, что, неглядя на роль маклеров со всей Европы и остальных континентов, рубежа меж данными группами были незыблемы: " В 1780 году прибывший из Франции инженер набросал схему помещения Лондонской биржи, по которой следовательно, что деление соперничающих групп определялось не лишь профессией, но и подданством, и религиозной принадлежностью. В плане указаны не лишь знакомые уже нам классификации place hollandaise, place des indes orientales, place franç Aise( фр. – пространство голландцев, пространство остиндийцев, пространство французов), но и новейшие подвиды: “место квакеров”, “место иудеев”… " Эти маклеры жили в Лондоне и работали на крупнейшей вселенской бирже собственного времени, но базу их идентичности сочиняла государственная и религиозная аксессуар. По описаниям Лондон xviii века необычным образом припоминает нынешние мультикультурные городка. Вспомним Нью-Йорк, обитатели которого знают, что на Брайтон-Бич обитают тыщи русскоговорящих, во Флашинге – огромное общество китайцев, в Боро-Парке – ортодоксальные евреи и хасиды. Преимущество современных крупныхгородов еще и в том, что с разнообразием традиций, еды и идей соприкасаешься, или случаем сталкиваясь с соседями, или осмысленно сев в метро, чтоб добраться до иного района. Но как нередко с нами такое случается? " Претворить идеи космополитизма в жизнь, – подмечает Джейкоб, – куда труднее, чем выстроить место, где люди различных культур жили бы бок о бок ". [36] В 2006 году общепризнанный социолог Роберт Патнэм опубликовал " Рейтинговое изучение общественного денежныхсредств ", итоги которого молвят о том, что американцам еще предстоит войти длинный путь, доэтого чем они сумеют поставить достоинства таковых космополитичных городов, как Нью-Йорк. Судя по изучению Патнэма, " люди, живущие в атмосфере этнического контраста, расположены “уходить в глухую оборону” ". [37] Они с наименьшей ловлей голосуют, участвуют в публичных инициативах, жертвуют благотворительным организациям или работают волонтерами, чем америкосы, живущие в наименее этнически различных городках. У них меньше веры в дееспособность правительства улаживать трудности, меньше товарищей, они ниже расценивают родное свойство жизни. Раньше социологи подразумевали, что контакт меж этническими группами ведет или к улучшению соц связей, или к межгрупповому конфликту – " контактная концепция " против " конфликтной ". Патнэм считает, что данные изучений южноамериканских городов указывают на третий путь – " концепцию сужения ", когда, сталкиваясь с разнообразием, люди сторонятся друг друга и уклоняются от контактов. [38] Если " концепция сужения " Патнэма верна, ежели она разъясняет и наше поведение в козни, то перед нами встают противные вопросы о возможных способностях интернета и их настоящем воплощении. Непросто налаживать связи с людьми иной культуры, даже ежели они живут в соседнем доме или в одном с вами городке. Уделять интерес дилеммам и заботам людей, живущих на ином конце света, еще труднее. Американскому философу ганского происхождения Куаме Энтони Аппиа довелось как следует поразмышлять о космополитизме и присущих ему способностях и рисках. Воспитанный меж Кумаси и Лондоном, сын английского историка художества и ганского политика, западным философам Аппиа разъяснил тонкости религиозной системы ашанти, а собственным родным в Кумаси – свою позицию раскрытого гомосексуалиста. Космополитизм, считает Аппиа, – это что-то немало большее, ежели знание снисходительно касаться к тем, чьи ценности и верования различаются от наших. Мы можем обнаруживать толерантность к оскорбляющим наши ощущения практикам, элементарно отвернувшись или не обращая на них интереса, но такового рода толерантность может привести нас к состоянию глухой защиты, о котором предостерегает Патнэм; состоянию, когда, сталкиваясь с отличиями, мы преднамеренно ограничиваем свои контакты с наружным миром. Аппиа же, против, призывает нас впитывать все наиболее увлекательное, плодотворное, созидательное, что проистекает из данных различий. Основными свойствами космополитов Аппиа считает, во-первых, энтузиазм к верованиями и практикам остальных, желание ежели не взять и приспособить, то по последней мерке взятьвтолк остальные методы существования. Как он сам это объясняет: " Достойных исследования путей развития у населенияземли столько, что никто не ожидает, что любой человек или сообщество станет ограничивать себя только одной моделью ". [39] Во-вторых, космополиты полностью основательно воспринимают свои повинности перед людьми остальных культур, даже ежели их представления в корне различаются от наших. Наш долг – свидетельствовать и документировать предпосылки, по которым мучаются представители других культур, посодействовать всем, что в наших мощах, и вне зависимости от ступени различий касаться ко всем людям на нашем пути как к членам большущий, единственной семьи. Из этого двухчастного определения значит, что, ежели мне нравятся суши и афропоп, это еще не означает, что я космополит. Этим званием Аппиа награждает только тех, кто основательно принимает, а то и действует в согласовании с обещаниями перед людьми и народами, создавшими и блюдо, и музыку. Космополитизм – это тем наиболее не универсальная влюбленность к человечеству, в индивидуальности выражаемая рвением " избавить " остальных чрез христианство, ислам, демократию или иную миссионерскую вероисповедание. Самое время серьезно напрячься о том, что остальные способности необходимо учить и обсуждать, а не подчинять мгновенному осуждению и отрицанию. [40] Открыв для себя такие способности, мы можем очутиться чуть-чуть дезориентированы и не совершенно в собственной тарелке. Однако для тех, кто жаждет к глубочайшему пониманию реальности, множественность может начинать массивным источником воодушевления. Как мы познаем мир Весной 1907 года Пабло Пикассо пришел в краски к Гертруде Стайн на ее парижскую квартиру. Туда же заглянул Анри Матисс, чтоб представить африканскую статую, которую он заполучил у парижского дилера Эмиля Эйменна. Это была маска племени дан, обитавшего в западной доли Кот-д’Ивуара. [41] Пикассо был зачарован маской и скоро после этого потащил собственного друга Андре Дерена в Этнографический музей Трокадеро – первый в Париже музей, осведомленный антропологии. Сперва Пикассо ожидало сожаление: " Запах плесени и запустения поймал меня за гортань. Я так расстроился, что тут же решил выйти [42] ". Даже 30 лет спустя Пикассо говорил, как его преследует аромат этого " страшного музея ". [43] К счастью для живописи, Пикассо пересилил первоначальное антипатия: " Я принудил себя остаться, пристально разглядеть маски и остальные объекты, сделанные людьми для целей сакральных и волшебных, чтоб те служили посредниками меж ними и неизведанными, злобными мощами, их окружавшими; придав вещам форму и краска, они желали справиться свои ужасы. И тогда я сообразил, что такое живопись на самом деле ". услуги раскрутка сайта продвижение раскрутка инстаграм агентство раскрутка магазинав соц сетях раскрутка кандидата сканворд раскрутка гта 5 онлайн раскрутка группв соцсетях раскрутка визажиста программыдля раскрутки инстаграм аккаунта лучшая программадля раскрутки сайта магия прямых трансляцийдля раскрутки youtube канала Посещение музея Трокадеро обозначило правило такого, что Пикассо именовал pé Riode nè Gre – африканского периода его творчества. В тот же год живописец сотворил один из собственных шедевров – " les demoiselles d’avignon " – кованый портрет 5 голых женщин, лица 2-ух из них шибко подсказывают западноафриканские маски. Пикассо стал собирать африканское художество, выставляя маски и статуэтки вдоль стенок собственной искусный, а африканские темы еще не раз встречались в его творчестве, в частности в написанной недавно до погибели картине " Музыкант с гитарой "( 1972). [45] Специалисты считают, что на такие технические приемы, как подмена вогнутых рядов выпуклыми и модификация гладких поверхностей в геометрические фигуры, что является основой кубизма, Пикассо вдохновило африканское художество. [46] Благодаря увлечению африканским художеством Пикассо вступил в переписку с водящими африканскими интеллектуалами, посреди которых был и Леопольд Сенгор, первый президент постколониального Сенегала. Сенгор приподнято оценил стремления Пикассо по популяризации африканской темы и помощь африканской независимости, посвятив ему стихотворение " masque nè Gre ", опубликованное в его главном сборнике " chants d’ombre ". [47] Сначала Пикассо установил ассоциация с африканскими влияниями чрез дистанционное знакомство, которое стало вероятным благодаря французскому музею. И только поборов свою первичную реакцию на материал, из которого состоит африканское художество, он вошел в прямые контакты с Сенгором и иными африканцами. Идея вынести эту ситуацию в нынешний день видится очень заманчивой, представим: Матисс постит фотографию лишь что купленной им маски племени дан в facebook, а Пикассо затевает неистово гуглить аналогичные рисунки. Связь с неизведанным – заразительным и вдохновляющим – определить в настоящем мире делается сейчас все сложнее. Куда легче отыскать ее на экране. Исследователи Калифорнийского института в Сан-Диего Роджер Бон и Джеймс Шорт подсчитали, что америкосы получают информацию 11, 8 часа в день, ежели под информацией воспринимать теле- и радиовещание, видео, печатную продукцию, дискуссии по телефону, комп, электрические забавы и музыкальные записи. [48] Лишь небольшая капелька уделяется новинкам. [49] И все более времени мы проводим в соц сетях, где спрашиваем о ежедневных делах и передвижениях наших товарищей и недалёких. В одном лишь facebook юзер сейчас проводит в среднем 13 минут в день. Остальное время мы развлекаем себя, прослушивая музыку, просматривая телепрограммы и видеоролики с прелестными кошечками на youtube. Эти три родника информации: анонсы, общественные козни и культурные медиа – сформировывают то, что мы знаем и считаем благородным интереса. Если мы непрерывно слышим о некоем человеке, месте или событии, мы помечаем воспринятую нами информацию как главную, и уже готовы выкроить ей довольно интереса. И желая одно из наибольших завоеваний интернета – это вероятность находить в козни наиболее неожиданные вещи, на практике то, что мы обретаем, почаще только и так размещено неподалеку от нашего дома. В информационных приборах воплотилась наша расположение уделять интерес событиям, какие воздействуют на тех, кто нам недалёк и дорог. В газетах, на радио и телевидении местным или глобальным дилеммам уделяется более интереса, чем интернациональным. Мы предпочитаем глядеть телепрограммы и киноленты на родном языке, а в facebook быстрее станем помогать дела с одноклассниками, чем дружить с незнакомцами. И желая в таковых массивных поисковиках, как гугл, разрешено найти и нигерийские киноленты, и индонезийские анонсы, поисковики мучаются от иного пристрастия: они выдают информацию, которую мы желаем, но далековато не постоянно ту, которая нам, можетбыть, вправду необходима. Имея в виду совокупность данных пристрастий, нам необходимо как следует поработать, чтоб заполучить толчок, схожий тому, что получил Пикассо, – то имеется испытать навстречу с неизведанным, которая приведет к вдохновению. Не наименее упрямо заниматься нам необходимо над творением приборов, какие предостерегали бы угрозы, исходящие от взаимосвязанного решетка, будь то зарождающаяся эпидемия, денежный кризис или провокационное видео. Интернет – не волшебная бацилла, он не превратит нас в цифровых космополитов; ежели мы желаем максимизировать достоинства и уменьшать вред взаимосвязанности, мы обязаны со всей ответственностью подходить к формированию приборов, с поддержкой которых мы познаем мир. А таккак предполагалось, что это станет элементарно В 1993 году Говард Рейнгольд опубликовал книжку " Виртуальное общество ", где раздумывал о времени, проведенном на электрических форумах, посреди которых был и internet relay chat( irc) – сделанный в 1988 году, но по сей день известный в технических кругах текстовый чат, работающий в режиме настоящего времени. В книжке, головы которой именуются " Племена настоящего времени " или " Япония и сеть ", высказывается вера, что сетевые диалоги со порой встанут наиболее правдивыми, раскрытыми и содержательными, чем все популярные нам раньше разговоры. " Тысячи людей в Австралии, Австрии, Великобритании, Дании, Германии, Израиле, Испании, Италии, Канаде, Корее, Мексике, Нидерландах, Новой Зеландии, Норвегии, Соединенных Штатах, Финляндии, Франции, Швеции, Швейцарии и Японии в этот момент оказались втянуты в напоминающую рулетку кросскультурную письменную разговор, популярную как internet relay chat( irc) ". Далее Рейнгольд вопрошает: " Какие культуры имеютвсешансы появиться, ежели прибрать из человечного дискурса все культурные артефакты и бросить только письменное словечко? " услуги раскрутка сайта продвижение раскрутка инстаграм агентство раскрутка магазинав соц сетях раскрутка кандидата сканворд раскрутка гта 5 онлайн раскрутка группв соцсетях раскрутка визажиста программыдля раскрутки инстаграм аккаунта лучшая программадля раскрутки сайта магия прямых трансляцийдля раскрутки youtube канала Рейнгольд был не главным, кто выложил веру, что с поддержкой новейших технологий дальние и неизвестные друг с ином люди отыщут новейшие методы общения. В книжке " Викторианский веб " редактор отдела технологий журнала economist Том Стэндедж приводит список оптимистических предсказаний сравнительно телеграфа или, как именовал его один из комментаторов, " шоссе идеи ". Среди почтивсех иных Стэндедж цитирует выражение историков Чарльза Бриггса и Августуса Маверика по поводу прокладки подводного кабеля, соединившего Соединенные Штаты с Великобританией: " Невозможно доставить, что при наличии такового прибора по размену думами меж всеми народами Земли сохранятся старые предрассудки и злобные дела ". [51] Появление аэропланов породило родственную риторику. Когда в 1909 году Луи Блерио пересек Ла-Манш, английская газета independent писала, что авиасообщение обязано привести к миру, поэтому что самолет, " покоряя отдаление, формирует близость, а близость быстрее порождает влюбленность, чем нелюбовь ". Следуя идентичной логике, Филандер Нокс, госсекретарь США при президенте Говарде Тафте, предвещал, что с поддержкой аэропланов " народы встанут немало поближе друг другу, и таковым образом люди забудут про борьбы ". [52] В 1912 году пионер радио Гульельмо Маркони заявил в одном из интервью: " В новейшей беспроводной эре битва невероятна, поэтому что она станет благородна только шуток ". [53] Даже после Первой вселенской борьбы, доказавшей абсурдность заявления Маркони, первооткрыватель Никола Тесла связывал с радио еще наиболее большое грядущее: " Полное и безупречное распределение беспроводной связи превратит землю в огромный мозг… Мы сможем знаться друг с ином одномоментно, вне зависимости от расстояний ". Как и должно предсказаниям гения, кое-что из такого, что Тесла представлял себе в 1926 году, сбылось фактически словечко в словечко. " С поддержкой телевидения и телефонии мы сможем созидать друг друга лицом к лицу, неглядя на непреодолимые расстояния в тыщи миль; установка, делающий схожую ассоциация вероятной, станет на изумление прост по сравнению с современным телефоном, его разрешено станет перемещать с собой в нагрудном кармане ". [54] Эти и такие им рассуждения покажутся знакомыми любому, кто поймал первые годы интернета. По понятию историка и спеца по технологиями Лангдона Виннера, " происхождение каждой новейшей технологии, владеющей значимой силой и практичным потенциалом, постоянно сопровождается волной визионерского интереса, предвещающего происхождение утопического публичного распорядка ". [55] Такие объединяющие людей технологии, как воздушное известие, телеграф и радио, отлично помогают нам доставить еще наиболее взаимосвязанный мир. С данной точки зрения лежащая в базе интернета структура – а это ни более ни меньше сеть, соединяющая козни, – в совокупности с объемом книжек и статей, написанных на эту тему за крайнее десятилетие, неоспоримо выдвигают идею козни в центр всех визионерских представлений о мире, улучшение которого проистекает средством связи. А представлений данных такое несметное численность, что они уже породили неологизм " киберутопия ". Термин " киберутопия " употребляется только в критическом контексте. Называя человека киберутопистом, вы намекаете на его наивное, восторженное и в целом дальнее от действительности понятие о способностях технологии, а втомжедухе недостающее сознание правящих социумом сил. Интересно, что противоположная аппарат, а конкретно убежденность, что интернет-технологии ослабляют сообщество, огрубляют мысль и провоцируют конфликты, обозначается куда наименее нагруженным термином " киберскептицизм ". Насколько оба данных термина подходят для нашей споры – вопрос явный, но сначала мы осмотрим, чем привлекателен киберутопизм, в чем его плюсы. услуги раскрутка сайта продвижение раскрутка инстаграм агентство раскрутка магазинав соц сетях раскрутка кандидата сканворд раскрутка гта 5 онлайн раскрутка группв соцсетях раскрутка визажиста программыдля раскрутки инстаграм аккаунта лучшая программадля раскрутки сайта магия прямых трансляцийдля раскрутки youtube канала Разговаривая с Говардом Рейнгольдом по скайпу, я упомянул, что намереваюсь подключить некотороеколичество его идей в ту голову данной книжки, где станет обсуждаться киберутопизм. Услышав это словечко применительно к себе, Рейнгольд разволновался, и в некий момент я решил, что он желает пресечь беседа немедленно. Вместо этого он выдержал паузу, утих и заявил, что " таккак и аболиционисты как-то числились утопистами ". Позднее уже в письме он выработал эту мысль: " Я с огромным энтузиазмом отношусь к возможным способностям приборов, облегчающих коллективное действие. Но, как я писал на первых страницах smart mobs [его книжка о технологии и коллективном действии], люди решают совокупные стремления как для созидания, так для разрушения, и оба типа данных коллективных действий разрешено неоднократно усиливать… Признавая, что социализм и фашизм появились и распространились как утопии, я предпочитаю обратное заключение – под утопическими знаменами люди делают не лишь злодейства, но способны втомжедухе приближать, кпримеру, аннулирование рабства ". [56] Рейнгольд обучает нас не позволять оппонентам переводить дискуссию в необходимое им русло. " Киберутопизм " – неприятный ярлык, таккак объединяет две благородные кропотливого единичного исследования идеи в что-то целое и неловко беззащитное. И ежели убеждение, что связи меж людьми, исполняемые средством интернета, необратимо водят ко повальному взаимопониманию и миру на земле, не стоит даже охранять, то предложение, что технологии воздействуют на то, кого и что мы знаем и считаем для себя принципиальным, куда наиболее трудное и требующее нашего внимательного исследования. Как и в случае с космополитизмом в понимании Аппиа, 1-го интереса по поводу способностей межкультурных связей средством цифровых или других технологий мало. Цифровой космополитизм, в различие от киберутопизма, просит, чтоб мы брали на себя ответственность и осуществляли эти вероятные связи в жизнь. Если мы отрицаем понятие о том, что технологии приводят к неминуемым изменениям, но признаем устремления киберутопистов справедливыми, перед нами появляется неувязка: как преобразовать сделанные нами приборы с тем, чтоб увеличить наше воздействие на взаимосвязанный мир? Признавая недочеты выстроенных нами систем неизбежными и постоянными, мы расписываемся в своей лени. Как подмечал Бенджамин Дизраэли в романе " Вивиан Грей ": " Не происшествия совершают человека, а человек – происшествия. Человек – вещество самостоятельное и владеет администрация над материей ". [57] Рейнгольд считает убеждение, что с поддержкой технологий мы можем выстроить наиболее честный и верный для всех мир, не элементарно обоснованным – сейчас это фактически нравственный императив. Сохранить fgdgfgdfgdfg

Вы здесь » seo » раскрутка сайта